Skip to content

Тихая гавань Николас Спаркс

У нас вы можете скачать книгу Тихая гавань Николас Спаркс в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Кэти скоро привыкла к завсегдатаям и проходила по залу, не задерживая на них взгляд. Она всматривалась в новые лица. Флиртующие влюбленные, выясняющие отношения пары, семьи с детьми. Никто не заходил в ресторан и не спрашивал о ней, но временами руки начинали дрожать, а спала она до сих пор при включенном свете. У Кэти были короткие орехово-каштановые волосы, которые она подкрашивала над кухонной раковиной маленького съемного коттеджа. Косметикой она не пользовалась, зная, что ее лицо очень выигрывает от макияжа, пожалуй, даже слишком выигрывает.

Она старалась регулярно покупать лосьон с защитой от ультрафиолета, но после оплаты аренды и коммунальных услуг на подобные покупки денег практически не оставалось.

Средство от загара было для нее роскошью. Кэти была счастлива получить работу в ресторане, где царили комфорт и спокойствие, но еда в нем была недорогой, а стало быть, и чаевые маленькими. До этого Кэти месяца четыре сидела на вынужденной диете — из риса, бобов, пасты и овсяной каши.

Под футболкой скрывались ребра, а темные круги под глазами исчезли всего пару недель назад. То, что знала Мелоди, узнавал весь ресторан, поэтому в разговоре с ней Кэти обычно ограничивалась междометиями. Как и Рики, Мелоди была на год-два моложе Кэти — лет двадцати пяти или около того.

Ярко-рыжая зеленоглазая плутовка, она встречалась с парнем по имени Стив, доставлявшим товары для дома от магазина на другом конце города. Мелоди выросла в Саутпорте, который называла не иначе как раем для детей, семейных и пожилых и зеленой тоской для одиноких, и твердила, что обязательно уедет жить в Уилмингтон, где есть бары, клубы и много магазинов. Мелоди знала все обо всех, и Кэти про себя думала, что подруга ошиблась с профессией. Кэти даже стало интересно, кто автор идеи — Рики, Мелоди или это плод коллективной фантазии.

Вечерами после закрытия многие из персонала оставались поболтать и пропустить пару кружек пива. Кэти выложила два счета и принялась очищать грязные тарелки. Она всегда находила себе занятие, стараясь переделать побольше дел и оставаться невидимой. Не поднимая головы, она тщательно наводила чистоту на стойке. Так время проходило быстрее. Кэти не строила глазки парню с киностудии, поэтому, уходя, он не оглянулся. Сегодня Кэти работала две смены — дневную и вечернюю.

День угасал, сменяясь сумерками, и она любовалась, как на западе у горизонта небо становится из голубого серым, оранжевым и наконец желтым. Воды залива искрились, парусные лодки кренились под бризом, блестящие иглы сосен переливчато мерцали. Когда солнце опустилось в океан, Айвен включил пропановые обогреватели, и спирали засветились, как блуждающие огоньки.

Лицо Кэти немного обгорело на солнце, и от жара, исходившего волнами, кожу начало пощипывать. Рики и Мелоди заменили Эбби и Большой Дейв. Он был женат, имел двоих детей, на правом предплечье у него красовалась татуировка — скорпион.

Весил Дейв фунтов триста, и лицо у него всегда лоснилось. Он придумывал всем прозвища. Ее он звал Кэти-Кэт. Наплыв желающих поужинать не спадал до девяти.

Когда приток клиентов начал редеть, Кэти вытерла и закрыла свою стойку и вместе с помощниками официантов начала носить посуду к посудомоечной машине.

Последние посетители доедали ужин. Заметив обручальные кольца у молодоженов, с нежностью соединивших руки на столе, Кэти испытала нечто вроде дежавю: А может, ей это привиделось, потому что все оказалось лишь иллюзией. Кэти отвернулась от сияющих влюбленных, желая забыть и никогда не вспоминать.

На следующее утро она вышла на открытую террасу с чашкой кофе — доски скрипели под босыми ногами — и облокотилась на перила. На заросшей сорняками клумбе пробивались лилии. Кэти поднесла чашку к лицу, с наслаждением вдохнула аромат кофе и отпила глоток. В Саутпорте ей нравилось. Этот город не походил на Бостон, Филадельфию или Атлантик-Сити с несмолкающим дорожным шумом, бензиновой гарью и вечно спешащими жителями, плотным потоком затопляющими тротуары.

В Саутпорте у Кэти впервые в жизни появился свой угол. Коттедж оказался не бог весть чем, зато целиком принадлежал ей, стоял в уединенном месте, и этого было достаточно. Строго говоря, коттеджей было два, и вела к ним усыпанная гравием дорога.

Бывшие охотничьи домики с деревянными полами, укрывшиеся среди дубов и сосен, были построены на опушке леса, тянувшегося вдоль всего побережья.

Маленькие гостиная и кухня, спальня без шкафа, но кое-какая мебель была, даже кресла-качалки на террасе имелись, а арендная плата оказалась совсем низкой. Коттедж был крепкий, но запущенный, пыльный, пустовавший несколько лет, и хозяин предложил купить все необходимое, если жиличка возьмется привести дом в порядок. Со времени переезда Кэти много времени провела на корточках или стоя на стульях. Она драила туалет, пока там все не засверкало, терла влажной тряпкой потолки, мыла окна с уксусом и на четвереньках старательно отскребала ржавые следы и жирный налет с линолеума на кухне.

Дыры в стенах она заровняла шпаклевкой, прошлась шкуркой, потом покрасила стены. В кухне — в веселый желтый цвет, а для шкафов выбрала глянцевую белую краску. Спальня стала небесного цвета, гостиная — бежевой, а на прошлой неделе Кэти натянула на диван новый чехол, отчего он стал совершенно как новый.

Теперь, когда основной объем работ был уже выполнен, Кэти любила посидеть днем на террасе с книгой, взятой в библиотеке. Кофе и книги были ее единственным удовольствием. У нее не было телевизора, радио, сотового телефона, микроволновки, машины, а личное имущество поместилось бы в дорожную сумку.

Ей было двадцать семь, и раньше она была длинноволосой блондинкой без единой подруги. Она приехала сюда практически ни с чем и спустя несколько месяцев обзавелась совсем немногим.

Она откладывала половину чаевых, каждый вечер опуская деньги в жестянку из-под кофе, которую прятала под террасой. Это был неприкосновенный запас на экстренный случай, и Кэти скорее согласилась бы голодать, чем прикоснуться к этим деньгам.

От сознания, что у нее есть определенная сумма, Кэти дышалось свободнее, потому что прошлое не отпускало, грозя вернуться в любой момент.

Оно рыскало по свету, ища ее, с каждым днем становясь все беспощаднее. С просевшей террасы второго коттеджа приветливо махала рукой женщина с копной непокорных каштановых волос, в джинсах и рубашке с закатанными до локтей рукавами. На вид соседке было лет тридцать пять. Спутанные завитки удерживали темные очки, заменившие обруч.

Женщина держала в руках маленький коврик, видимо, собираясь его вытряхнуть, но бросила в сторону и направилась к Кэти энергичной, свободной походкой любительницы спорта.

Он чуть со стула не упал, когда я сказала, что беру этот коттедж. Вот была радость несказанная, я всю ночь чихала от пыли!

Бенсон, по-моему, собрал всю грязь, какую нашел, и хранил ее в моем коттедже. Не поверите, как там все запущено.

Я тут не утерпела, посмотрела в ваши окна, из моей кухни видно. У вас все ярко и красиво, а я сняла пыльный склеп с пауками. Он и мне разрешит покрасить, чтобы самому не возиться.

Получит чистый красивый домик, а я работай! Если буду чихать, как сегодня ночью, у меня просто голова отвалится. Другой мир, не правда ли? Откуда вы… У вас выговор не местный. Я-то всегда его любила, но я вообще неравнодушна к маленьким городкам. Но такой пылищи, как здесь, вы нигде не найдете!

Джо уверенно стояла перед ней, ожидая, что скажет собеседница. Кэти сделала глоток из своей чашки, задумчиво глядя на лес, но тут же спохватилась:. Моя кухня заставлена коробками, а машина в мастерской. Вы знаете, что такое почти сутки без кофеина? Особенно когда требуется распаковывать вещи.

Я говорила, что ненавижу разбирать коробки? Не беспокойтесь, я не из тех, кто за каждым делом бегает к соседям, но кофе…. Отныне вы моя лучшая подруга. Он по-прежнему всем придумывает прозвища? Чем дольше здесь живешь, тем отчетливее понимаешь, что в Саутпорте секретов не существует. Здесь все всё друг о друге знают. Некоторые, вроде той же Мелоди, возвели сплетню в степень искусства.

Когда-то это бесило меня до безумия, но в Саутпорте половина жителей такие. Чем тут заниматься, помимо сплетен…. Это же какая-то Богом забытая глухомань! У вас здесь родственники, родители? Эти вопросы ей задавали Айвен, Мелоди и Рики. Она понимала, что за расспросами не кроется никаких мотивов, кроме естественного любопытства, но все равно не знала, что отвечать.

Джо сделала еще глоток, обдумывая услышанное, но, к удивлению Кэти, больше не спрашивала, только кивнула. Иногда человеку необходимо начать все заново. Я считаю, это достойно восхищения. Не у всех достанет смелости так поступить. У меня — сплошные стенания, нелюбимая распаковка и уборка, пока руки до локтей не сотру. Хочу сходить в магазин, кое-что прикупить. Если я не начну сейчас, это никогда не закончится. Неутешительная статистика сообщает, что от побоев мужей или бойфрендов страдает каждая четвертая женщина.

Большинство жертв домашней тирании либо покорно терпят, либо звонят в полицию. Впрочем, правоохранители, как правило, не спешат помогать барышням. Основанием для выезда может стать лишь тяжелое увечье, то есть, чтобы вызвать полицию женщине уже надо быть либо пораненной, либо убитой. Кроме того, большинство женщина боятся мести своих благоверных, а потому предпочитают не выносить сор из избы. Люди знающие ссылаются на горячие линии поддержки, специальные приюты, клубы, общины, призванные оказать помощь жертвам домашних тиранов.

Любопытно, сможет ли помочь даже самая горячая линия с самым опытным оператором, когда благоверный в пьяном бреду любимую головой о стену? Николас Спаркс как истинный ценитель института брака и взаимоотношений в паре, построенных на взаимном уважении и доверии, не мог остаться в стороне от этой ужасной темы. Чтобы довести проблему буквально до пикового состояния, он помещает свою героиню в нечеловеческие условия.

Что делать, когда ты одинок и беззащитен? Каждая девушка мечтает выйти замуж и чувствовать себя за мужем, как за каменной стеной. Загадывая желание, стоит делать поправку — только бы не оказаться в нее вмурованной. Настоящая жизнь Кети больше напоминает кошмар.

Однако реальность оказалась слишком далека от романтических мечтаний. Ее муж Кевин оказался жестоким тираном, безжалостным животным, параноидальным собственником, превратившим жену в рабыню. Кевин полностью контролирует жизнь Кети. Он запрещает ей ходить на работу, получать права, заводить подруг. Он контролирует ее телефонные звонки, проверяет магазинные чеки, следит буквально за каждым шагом женщины. Их дом сияет от чистоты, холодильник всегда наполнен продуктами, а на столе стоит свежий обед.

Однако любая оплошность, любой шаг вне заданного направления вызывает бурную вспышку агрессии, и тогда начинается ад. Кевин жестокого избивает Кети, унижает, смешивает с грязью. Успокоившись, он просит прощения, мучает ненавистными ласками, чтобы затем снова избить, унизить, уничтожить.

Уйти Кети некуда — у нее нет близких, друзей, знакомых. У нее нет денег и водительских прав. Да и как бежать она несколько раз пыталась , когда твой муж полицейский. Кети только на первый взгляд слабая и хрупкая. На самом деле эта крошечная женщина — настоящий борец, и она решила сражаться за свою жизнь до конца. Долгие месяцы она крала понемногу денег из кошелька мужа очень мало, чтобы он не заметил.