Skip to content

Роккаматио из Хельсинки Янн Мартел

У нас вы можете скачать книгу Роккаматио из Хельсинки Янн Мартел в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Книга состоит из четырёх, не связанных между собой, новелл. В году шотландское независимое издательство Canongate Books выпускает обновлённый вариант сборника, с предисловием автора, в котором Мартел пишет, что: Лицо, от которого ведётся большая часть повествования в этих историях, представляет собой студента, молодого белого мужчину, страдающего экзистенциальным кризисом, прототипом которому, вероятно, послужил сам автор.

Также, в особенности в первых двух новеллах, имеется множество упоминаний о знаменитых деятелях и предметах культуры, среди которых: Основные темы ранних произведений Мартела сохраняются в его последующем творчестве. В России, сборник, вместе с предисловием автора, издаётся компанией Эксмо с года в переводе Александры Сафроновой. Заглавная и самая объёмная новелла в сборнике. Сюжет вращается вокруг двадцатитрёхлетнего студента рассказчика и его более молодого приятеля Пола, у которого обнаруживают СПИД.

Повествование охватывает девять месяцев, проведённых рассказчиком со своим другом и его семьёй. Он много времени пребывает в компании со своим умирающим другом, всячески помогая ему и способствуя поддержанию оптимизма, несмотря на безнадёжность ситуации. В итоге они вместе пишут историю об итальянских иммигрантах Роккаматио, живущих в столице Финляндии , Хельсинки. Они решают взять за основу историю двадцатого столетия , в промежутке с по год.

Рассказ в году получил канадскую литературную награду Journey Prize. Из-за толстых свитеров точно не скажешь, но в начале учебы он определенно был осанистее.

Стало ясно — что-то неладно, и мы этак вскользь о том поговорили. Конечно, я валял дурака, что я в том понимаю? Но оказалось — именно пневмония. На латыни Pneumocystis carinii pneumonia пневмоцистная пневмония , для понимающих — ПЦП. В середине февраля Пол уехал в Торонто показаться семейному врачу. Об этом Пол бесстрастно известил по телефону. Его не было почти две недели. Только что вернулся из больницы, сказал он.

Первая мысль о себе. Не случалось ли, чтобы Пол при мне поранился? Если да, то что? Пил ли я когда из его стакана? Ел из одной с ним тарелки? Я пытался вспомнить, был ли мостик между нашими организмами. Затем я подумал о Поле. Пришла мысль об однополом сексе и тяжелых наркотиках.

Но Пол не был геем. Впрямую о том он не говорил, но я знал его достаточно хорошо и ни разу не подметил в нем никакой двойственности. И наркоманом представить его было невозможно. В общем, дело не в том. Три года назад, когда Полу было шестнадцать, он с родителями на Рождество поехал на Ямайку. Пол сломал правую ногу и потерял сколько-то крови. В местной больнице ему сделали переливание.

Шестеро свидетелей аварии предложили свою кровь. У троих была нужная группа. Небольшое телефонное дознание выявило, что через два года один из доноров внезапно умер, проходя лечение от пневмонии. Вскрытие показало серьезные токсоплазмозные церебральные нарушения. Вход Войти на сайт Я забыл пароль Войти. Цвет фона Цвет шрифта. Янн Мартел Роккаматио из Хельсинки Алисе. Перейти к описанию Следующая страница. Для авторов и правообладателей.

Янн Мартел Роккаматио из Хельсинки. Янн Мартел Роккаматио из Хельсинки Алисе От автора На втором курсе университета, когда мне стукнуло девятнадцать, учеба моя застопорилась.

Порой удавалось извлечь красивую ноту. Я стал понимать, что в основе повествования лежит чувство. Если история не затрагивает эмоционально, она не воздействует вообще. Всякое достоверно переданное чувство — будь то любовь, зависть или апатия — оживляет произведение. Но вместе с тем история, если не хочет стереться в памяти, должна будоражить мысль. Когда меня осенила сия волнующая идея и искра вдохновения разгорелась в костер, я испытал доселе неизведанный восторг.

Вдохновение я черпал отовсюду. А также тот загадочный творческий эфир, откуда нежданно-негаданно возникают идеи. Я стал приёмником историй, которые высматривал и подслушивал. Я смотрел не в себя, но наружу, ибо в себе было скучно. Поиск доставлял истинное наслаждение, он стал моим способом познания, личным университетом. Ничто так не радовало, как исследование мира на предмет какой-нибудь истории. Меж тем жил я с родителями. Вернее сказать, сидел на их шее, не заботясь о квартплате и пропитании.

Подряжался на краткосрочную работу садовником, судомойкой, сторожем, не позволяя службе мешать моему перу. Он был навеян смертью приятеля, погибшего от СПИДа.

Заголовок громоздок, вступление неуклюже, развитие сюжета медлительно. Но в нем была жизнь, какую ощущаешь в новорожденном младенце или страстном скрипичном соло, жизнь, от которой все вокруг свежеет, полнится надеждой и делает незряшными все труды. Когда этакая жизнь трепещет в твоих руках, можно ли беспокоиться о крове и жалованье в зрелые годы? Я рассылал свои произведения. Однажды отправил шестнадцать рассказов в шестнадцать литературных журналов.

В другой раз послал девятнадцать рассказов в девятнадцать журналов. Процент успеха — пять и семь десятых. Буду горбатиться в сочинительстве, пока не возникнет что-нибудь иное.