Skip to content

Очевидец Семен Липкин

У нас вы можете скачать книгу Очевидец Семен Липкин в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Чабан, коня поставив на приколе, Заснул, не закрывая глаза карего. Две-три кибитки в диком чистом поле. Над полем небо, а на небе — марево. Здесь рядом насыпь свежая с курганом, С могилами бойцов — могилы схимников. Здесь пахнет сразу и речным туманом, И горьким кизяком из тёмных дымников. Здесь медленные движутся верблюды, Похожие на птиц глубокой древности, И низкорослы, и широкогруды, Здесь люди полны странной задушевности.

Здесь, кажется, нет края серой глине. Суховей поднялся надолго, И побелели корешки полыни, И пылью красная покрылась таволга.

Пустынна степь, но за степною гранью Есть мир другой, есть новая вселенная! Вставай, беги, скачи к её сверканью! Заснул чабан, заснула степь забвенная. Не так ли дремлешь ты, душа людская, Сухая, чёрствая… Но вспыхнет зарево, И ты сверкнёшь — прекрасная, другая, Таинственная, как степное марево.

Был царствия войны тяжелый год. Три раза реки прятались во льду. Три раза полдни прятались во мраке. На тихой набережной, за мостом, Стоит старинный полукруглый дом. Там люди разные теперь живут, Обои в окнах разные цветут. В том окне Мелькнула та, что всех дороже мне. Ну что же, надо ставни запирать, Не в духе муж, пора стелить кровать.

Но я, чего же медлю я, чего? Как ждёт она призыва моего! Кликну — мигом прибежит. А старый дом не знает ничего, И скоро, говорят, снесут его. Ветерок обдувает листву, Зеленеет, робея, трава. Мирно спят поросята в хлеву. Парни рубят и колют дрова. Над хозяйством большим экипажа Рвётся дождика тонкая пряжа. Словно блудные дети земли, У причалов стоят корабли. Изредка склянки пробьют, Огородницы песню споют. К сердцу берег прижал молчаливо Потемневшую воду залива. Край полуночный робко цветёт, Да и где ему смелости взять?

Только речь о себе заведёт И не смеет себя досказать. Вот и песня замолкла сквозь слёзы. Женский голос, красивый, грудной, В тишине продолжает скорбеть. Кто сказал, будто птице одной Суждено так бессмысленно петь, Так бессмысленно, так заунывно, Так таинственно, так безотзывно. У самого моря она родилась. Ей волны о будущем пели. Как в сказке росла, то грозя, то смеясь, В гранитной своей колыбели.

А выросла — стала загадкой живой. Сжимая мятежное древко, Сегодня — святая и кличет на бой, А завтра — гулящая девка. Цвела, как весна, колдовская краса. Но вот заглянула колдунья в глаза — И ненависть к ней миновала. Морщинами годы легли на челе, И стоят иные столетий. И мы расплодились на бедной земле, Её незаконные дети. И пусть мы не смеем её понимать, — Её осуждать мы не можем.

За грешную нашу беспутную мать Мы головы глупые сложим. Чтобы в радости прожить, Надобно немного: Что мне преданность бойца, Доблесть полководца! К вам, смиренные сердца, Мысль моя несётся. Пуле дать себя скосить — В этом нет геройства. Так я понял в тридцать лет, В дни грозы военной.

Был я тем, кто жил в долине роз, В глинобитном домике простом. Так я начал петь. Я находил Торные пути к людским сердцам, В башни звездочётов я входил, И в книгохранилище, и в храм. Говорил я то, что нужно всем: Славил обольстительную страсть, Открывал невольникам эдем И клеймил неправедную власть. Утверждал, что нет небесных чар В четверице изначальных сил, Что, смеясь, вселенную гончар Из непрочной глины сотворил.

И хотя по-прежнему закон Лживым был, и был бессильным раб, Был я редким счастьем награжден, Что мой голос нежен и не слаб. И до слуха моего дошло: Некий царь идёт войной на нас. Облик ветра на его стреле.

Брызжет смертью сабли рукоять. Мало знаков чисел на земле, Чтоб его дружины сосчитать. Помню битву горожан с ордой. Щебнем стали храмы, ливнем — кровь. Стала дочь моя совсем седой, Мать моя ребенком стала вновь. И вошёл в мой город властелин, И рассёк мой город лезвием, И разбился глиняный кувшин В глинобитном домике моём.

И потомки тех, кто пал в борьбе, Превратились в диких пастухов, И поёт кочевник на арбе Странные куски моих стихов. Непонятны древние слова, Что курганы в поле вековом, Но в сознанье теплится едва Память о величии былом. Вот он возвращается домой.

Рядом с буйволом бредёт жена. От земли отделена каймой Близкая, степная вышина. Запрокинув голову, поёт, Полусонно смотрит в синеву, И не знает сам, что создаёт Смутный мир, в котором я живу.

Равнодушье к печатным страницам И вражда к рупорам. Сколько дней маршируем по бабьим станицам! Жадный смех по ночам и тоска по утрам.

День проходит за днем, как в тумане. Немец в небе гудит. Так до самой Тамани, до самой Тамани, А земля, как назло, неустанно родит. Я впервые почувствовал муку Краснозвёздных крестьян. Близко-близко хлеба, протяни только руку Но колосья бесплотны как сон, как дурман. Веет зной в запылённые лики, Костенеет язык. Не томится один лишь пастух полудикий, В шароварах цветных узкоглазый калмык. Дремлет в роще, на свежем корчевье.

Ведь земля — для кочевья, Всюду родина, было б немного травы. Сверкает крыша школы, как наждак. Облиты месяцем арбузы в травке. Подобно самолёту при заправке, Дрожит большими крыльями ветряк. Шитьё отбросив на столе — булавки , То в зеркало глядит, то в полумрак.

Далёко, под Воронежем, казак. Убит или в больнице на поправке? Комиссар, чудак, Бормочет что-то о плохой доставке. Он пристаёт — и неумело так. Её глаза — пиявки. О, помоги же, месяц в небесах, Любить, забыться, изойти в слезах! На заре предо мной На дороге степной Странный камень возник: Одинокий старик, Он похож на судьбу, Он с очками на лбу.

Хорошая ль это примета В такое ужасное лето? Камень жёлт и щербат. Мотылёк голубой На крючок спусковой Посмотрел, прилетел И назад улетел. Горе нам, так жили мы в неволе! С рыбой мы сравнялись по здоровью, С дохлой рыбой в обмелевшем Ниле. Кровью мы рыдали, чёрной кровью, Чёрной кровью воду отравили. Горе нам, так жили мы в Египте! Из воды, отравленной слезами, Появился названный Моисеем Человек с железными глазами. Был он львом, и голубем, и змеем. Вот в пустыне мы блуждаем сорок Лет.

И вот небесный свод задымлен Сорок лет. Но даже тот, кто зорок, Не глядит на землю филистимлян. Ибо, идучи путём пустынным, Научились мы другим желаньям, Львиным рыкам, шёпотам змеиным, Голубиным жарким воркованьям. Оригинальное творчество поэта получило полное признание лишь в е гг. Липкин - Иван Денисович русской поэзии" [8].

Оставил воспоминания, в частности, о Н. Умер 31 марта года. Похоронен на Переделкинском кладбище. Материал из Википедии — свободной энциклопедии. В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Липкин. Опыты и пробы актуальной словесности. Статьи с переопределением значения из Викиданных Статьи о писателях без ссылки на Викитеку. Пространства имён Статья Обсуждение. Просмотры Читать Править Править код История.