Skip to content

Теория литературы. Поэтика. Стилистика В. М. Жирмунский

У нас вы можете скачать книгу Теория литературы. Поэтика. Стилистика В. М. Жирмунский в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Быть может, при обычном невнимании к особенностям поэтической речи нам покажется, что эти приемы пушкинского стиля не имеют ничего специфического, что мы подчеркиваем здесь какое-то общее свойство человеческой речи, привычное и трудно ощутимое. Объяснить художественное значение этих поэтических приемов, их взаимную связь и характерную эстетическую функцию составляет задачу теоретической поэтики.

В свою очередь поэтика историческая должна установить их происхождение в поэтическом стиле эпохи, их отношение к предшествующим и последующим моментам в развитии поэзии. То, что было только что сказано о языке поэтического произведения, относится всецело к его содержанию, т.

Точнее — в поэтическом произведении его тема не существует отвлеченно, независимо от средства языкового выражения, а осуществляется в слове и подчиняется тем же законам художественного построения, как и поэтическое слово. На языке отвлеченных понятий мы определили бы тему первой части стихотворения Пушкина в логической формуле: Именно так или сходным образом выбор слов здесь не имеет значения должен был бы выразиться тот, кто говорил бы с практической целью — как можно скорее и яснее передать другому свою мысль.

Однако на самом деле поэт развертывает перед нами ряд конкретных примеров, типичных случаев, которые только с логической точки зрения сводятся к этой общей мысли: Это художественное развертывание темы происходит также по принципу метонимии или синекдохи — замена рода его видом или разновидностью. Мы видели уже выше, что такой же расширенный метонимический смысл типического признака имеют в этих отдельных предложениях глаголы и эпитеты.

Соответствие тематического построения с композицией ритмических и синтаксических единиц особенно характерно как признак художественного развертывания темы: Этих разрозненных замечаний достаточно, чтобы показать особенности поэтического языка по сравнению с практическим, его особенную художественную телеологию. В дальнейшем, воспользовавшись этим материалом, мы попробуем на примере другого стихотворения Пушкина наметить пути к разрешению более конкретных задач исторической и теоретической поэтики.

Задачей общей, или теоретической, поэтики является систематическое изучение поэтических приемов, их сравнительное описание и классификация: Поскольку материалом поэзии является слово, в основу систематического построения поэтики должна быть положена классификация фактов языка, которую дает нам лингвистика.

Каждый из этих фактов, подчиненный художественному заданию, становится тем самым поэтическим приемом. Таким образом, каждой главе науки о языке должна соответствовать особая глава теоретической поэтики. В дальнейшем мы не предлагаем, однако, исчерпывающей научной классификации, поскольку в самой лингвистике до сих пор продолжаются споры о возможных группировках лингвистических дисциплин: Это не пустые места в художественном произведении, не беспорядочные шумы, сопровождающие течение поэтических образов, а существенные средства художественной выразительности.

Звуки поэтического языка упорядочены и организованы; особый выбор звуков и особое их расположение отличают поэтическую речь от прозаической.

Фонетике как отделу лингвистики соответствует поэтическая фонетика, или эвфония, как отдел поэтики. В области поэтической фонетики мы различаем, как и в соответствующем отделе лингвистики, три группы явлений. К числу таких явлений относится употребление особых морфологических категорий, необычных в практической речи: Впрочем, более специальный вопрос о поэтических неологизмах в области словообразования удобнее рассматривать в связи с другими вопросами исторической лексикологии.

Значение синтаксиса для поэтики синтаксический параллелизм, инверсия и др. Итак, поэтический синтаксис рассматривает приемы художественного использования синтаксических форм.

Как особый отдел поэтики, семантика рассматривает проблему значения слова в поэтической речи. Слова устарелые архаизмы , новообразования неологизмы , иностранные заимствования варваризмы , влияние местных говоров провинциализмы , различие между языком простонародным и литературным, разговорным и условно-возвышенным существенны для поэта и могут быть использованы как художественный прием.

В большинстве случаев нам приходится при этом иметь дело с вопросами исторической лексикологии; разумеется, однако, в распоряжении поэта могут быть и фонетические дублеты, и различные конкурирующие формы словообразования и словоизменения, и синтаксические обороты, характерные для того или иного слоя языка.

Все перечисленные выше отделы поэтики составляют вместе учение о поэтическом языке в узком смысле слова. Традиционное словоупотребление обозначает это учение названием стилистики. Таким образом, стилистика есть как бы поэтическая лингвистика: Но содержание поэтики стилистикой не исчерпывается.

Всякая поэтическая речь о чем-то рассказывает, и всякое высказывание расположено в известной последовательности, т. В практической речи содержание высказывания заключает некоторое знание действительности, которое необходимо сообщить слушателю; построение практической речи, по возможности краткой и ясной, в художественном отношении аморфно и определяется прежде всего принципом экономии средств для достижения указанной цели; в идеале это прямая линия.

В поэзии самый выбор темы служит художественной задаче, т. С другой стороны, построение поэтического произведения также подчиняется художественному закону, становится самостоятельным средством воздействия на читателя, закономерно расчлененной художественной композицией: В сущности, эта двойственность уже наблюдается в области стилистики, т.

Основа тематического элемента поэзии — в словесных темах, т. Композиционное задание художника, звуковое и смысловое, находит выражение в метрическом и синтаксическом построении словесного материала. Но существуют такие элементы поэтического произведения, которые, осуществляясь в материале слова, не могут быть исчерпаны словесно-стилистическим анализом.

Во всех таких случаях предметом рассмотрения в поэтике является более обширное художественное единство, тематическое или композиционное, обладающее как целое особыми свойствами, не сводимыми к свойствам его элементов; например, описание обстановки в романе, картины природы, изображение внешности героя, его характера описательные темы или развитие действия, его отдельные элементы, их соединение между собой мотивы и сюжет и т. Для каждой группы вопросов намечается два разных подхода: Так, изучая приемы характеристики писателя или описания природы, мы неизбежно различаем тематическое содержание данного описания и его построение; так, в повествовательном произведении приходится говорить о его фабуле как о совокупности отдельных тем мотивов и о сюжетной композиции как о приеме построения противопоставление, впервые отчетливо намеченное в работах В.

С вопросами композиции тесно связано учение о поэтических жанрах — область поэтики, особенно давно привлекавшая внимание исследователей. Каждый поэтический жанр элегия и ода, новелла и роман, лирическая поэма и героическая эпопея, комедия и трагедия представляет прежде всего своеобразное композиционное задание, сходное с теми композиционными формами, которые мы находим в музыке соната, симфония и т. Существенное отличие заключается, однако, в том, что в музыке, как искусстве беспредметном, особенности художественного жанра всецело определяются его композицией; в поэзии или живописи , вообще в искусствах тематических, в определение специфических особенностей жанра привходят также тематические моменты ср.

Мы исходили при рассмотрении вопросов поэтики из поэтического языка, т. Не противоречит ли этому существование в поэтике, наряду со стилистикой учением о поэтическом языке в узком смысле слова , таких отделов, как тематика и композиция?

Композиция и сюжет существуют и в других искусствах в живописи, музыке , они существуют как будто вне всякого искусства сюжет какого-нибудь уличного происшествия, записанного газетным хроникером. Однако в поэзии мы имеем дело не с сюжетом и композицией вообще, а с особого рода тематическими и композиционными фактами — с сюжетом, воплощенным в слове, с композиционным построением словесных масс; точно так же композиция музыкальная и живописная не может быть отделена от особого материала данного искусства и рассматриваться в отвлечении, как тождественная с композицией поэтической.

Мы видели уже, что тематические и композиционные элементы поэзии заключены в самом материале человеческой речи и развиваются из особого, художественного употребления этих словесных фактов: Мы видели также на примере пушкинского стихотворения, насколько тесно связаны в поэзии элементы стилистики поэтического языка с тематикой и композицией.

Так, композиция лирического стихотворения развивается из художественного упорядочения фонетического материала метрическая композиция: Конечно, поставив с одной стороны произведение чистой лирики, с другой стороны — современный роман, сюжетный или психологический, можно легко установить, в пределах самого словесного искусства, существенные оттенки в отношении художника к своему материалу — слову.

Внешним критерием более или менее глубокой обработки художественного материала и тем самым сравнительной зависимости или свободы художественного замысла от его осуществления в словесной стихии служит обычно присутствие метрической композиции стиха , т.

Существует также чисто эстетическая проза, в которой композиционно-стилистические арабески, приемы словесного сказа, иногда — эмбриональные формы ритмического членения вытесняют элементы сюжета, от слова независимого в разной степени — у Гоголя, Лескова или Ремизова, Андрея Белого.

Однако именно на фоне этих примеров особенно отчетливо выделяются такие образцы современного романа Стендаль, Толстой , в которых слово является в художественном отношении нейтральной средой или системой обозначений, сходных с словоупотреблением практической речи и вводящих нас в отвлеченное от слова движение тематических элементов.

Впрочем, самая нейтрализация воздействий словесного стиля есть также результат поэтического искусства и может рассматриваться в системе поэтических приемов, рассчитанных на художественное воздействие. Но изучением отдельных поэтических приемов задачи поэтики еще не исчерпаны.

В научной абстракции необходимо обособление отдельных приемов и самостоятельное их изучение. В живом единстве художественного произведения они связаны между собою неразрывно, как связаны в каждом слове его фонетические, морфологические, смысловые и синтаксические свойства.

Для некоторых вопросов эти связи особенно существенны. Так, рифма есть явление словесной инструментовки как звуковой повтор ; вместе с тем рифма служит приемом метрической композиции, определяя границы стиха и связывая стихи в метрические единицы высшего порядка строфы ; для рифмы существенно морфологическое строение слова рифмы коренные и суффиксальные, грамматически однородные и разнородные ; лексический состав рифмующих слов является характерным признаком словесного стиля.

Точно так же — повторение: Мы привели только наиболее показательные случаи: При изучении стиля художественного произведения его живое, индивидуальное единство разлагается нами в замкнутую систему поэтических приемов. В чем заключается понятие единства, или системности, по отношению к приемам данного поэта?

Мы понимаем его как внутреннюю взаимную обусловленность всех приемов, входящих в стилевую систему. В художественном произведении мы имеем не простое сосуществование обособленных и самоценных приемов: Все они определяются единством художественного задания данного произведения и в этом задании получают свое место и свое оправдание. Такое понятие стиля означает не только фактическое сосуществование различных приемов, временное или пространственное, а внутреннюю взаимную их обусловленность, органическую или систематическую связь, существующую между отдельными приемами.

Мы не говорим при этом: Реконструкции потерянных поэтических произведений по немногим сохранившимся свидетельствам, например попытки проф. Зелинского восстановить строение трагедий Софокла, могут служить подтверждением этой мысли. Только с введением в поэтику понятия стиля система основных понятий этой науки материал, прием, стиль может считаться законченной.

Поэтический прием не есть некоторый самодовлеющий, самоценный, как бы естественноисторический факт: Прием есть факт художественно-телеологический, определяемый своим заданием: Значение стилистического единства для определения художественного смысла тех или иных приемов подтверждается косвенным образом следующим фактом: Так, в повествовательной литературе всех народов, в Ветхом завете, в Коране, в русской былине и сказке, в старинной хронике и т.

Этот прием медленного, неторопливого повествования в другой стилистической среде, в лирическом стихотворении романтического песенного типа, становится выражением нарастающего эмоционального волнения, как бы аккумуляции лирических впечатлений, все усиливающихся и бьющих в одну точку; см.

С другой стороны, в русской былине мы нередко встречаем прием повторения с нарастанием, связанный с синонимической вариацией, и воспринимаем его, по обыкновению, как характерное свойство плавного, замедленного, эпического рассказа: Тот же прием — повторение с подхватываниями и синонимической вариацией — в другой стилистической среде, в романтической лирике Брюсова, подчеркивает эмоциональное волнение, смутное музыкально-лирическое воздействие поэтических строк:.

Понятие стиля дает возможность точнее провести границу между исследованием данного произведения с точки зрения поэтики и лингвистики. Оно описывает эстетически безразличные стороны памятника его грамматику , распределяет их по определенным формальным категориям и указывает их происхождение: Применение подобных методов к поэтическому памятнику язык Пушкина, как его описал Е. Будде, язык Блока или Ахматовой нисколько но меняет существа вопроса. Бодуэна де Куртенэ , лингвистика расширяет круг своих интересов в сторону вопросов стилистики.

Однако такая лингвистика, объемлющая стилистику, есть наука будущего. Таким образом, задача поэтики осложняется. Мы построили понятие стиля, исходя из художественного единства поэтического произведения. Путем сравнения могут быть установлены существенные особенности стиля поэта или поэтической эпохи, школы и т. Историческая поэтика изучает по преимуществу эту смену стилей, индивидуальных или исторических; они составляют момент единства в разрозненных историко-литературных наблюдениях.

Вместе с тем существование такого эстетического единства для целой эпохи или литературной школы объясняет факт одновременного и независимого друг от друга появления поэтических произведений, сходных по своим приемам и в одинаковом направлении преодолевающих господствующую литературную традицию.

Например, в эпоху романтизма или у современных символистов одновременно возникают стихотворения, рассчитанные по преимуществу на звуковое, песенное эмоционально-лирическое воздействие, с характерными внутренними рифмами, песенными повторениями и т. Здесь необходимо поставить вопрос об отношении эволюции художественных фактов к другим сторонам культурно-исторической жизни. Мы полагаем, что духовная культура каждой большой исторической эпохи, ее философские идеи, ее нравственные и правовые убеждения и навыки и т.

Изменение жизни в этих параллельных рядах различных культурных ценностей происходит одновременно. Мы думаем, однако, что не односторонняя зависимость определяет связь этих отдельных намеченных нами единств, а одинаковое жизненное устремление, которое обусловливает собою все указанные частные изменения в соответствующих ценностных рядах, органически связанных между собою как различные проявления одной и той же формы культурного творчества.

Это не исключает, конечно, в отдельных случаях возможности непосредственного влияния из одного ряда в другой. Правда, в новейшее время неоднократно делались попытки обособить развитие эстетического ряда и установить его внутреннюю закономерность, не зависящую от общих культурно-исторических условий.

Однако эта теория не предусматривает того обстоятельства, что принцип контраста сам по себе слишком широк, чтобы определить и объяснить направление конкретного исторического процесса: Эволюция стиля как системы художественно-выразительных средств или приемов тесно связана с изменением общего художественного задания, эстетических навыков и вкусов, но также — всего мироощущения эпохи.

В этом смысле большие и существенные сдвиги в искусстве например, Ренессанс и барокко, классицизм и романтизм захватывают одновременно все искусства и связаны с общим сдвигом духовной культуры. Даже в других искусствах, более обособленных в своих технических средствах, рассматривая самостоятельное развитие эстетического ряда — например эволюцию орнамента от Возрождения к барокко, — мы наблюдаем только ряд внеположных фактов, последовательную смену явлений, при которой одни художественные формы следуют во времени за другими, на них непохожими: Попробуем иллюстрировать основные задачи поэтики на разборе стихотворения Пушкина.

Стихотворение распадается на три больших строфы по восемь стихов. Каждая большая строфа состоит из двух малых по четыре стиха с обычным построением: Гармоничное распределение синтаксического материала наблюдается и в пределах каждого предложения — периода.

Обстоятельственные слова и дополнения вынесены в большинстве случаев в первый, нечетный стих соответствующего периода, подлежащее и сказуемое поставлены во втором, четном стихе; придаточные предложения обстоятельственные стоят впереди главного.

Эта почти последовательно произведенная инверсия создает своеобразный параллелизм в композиционном построении стихотворения: Это поэтическая конкретизация, замена более общего, отвлеченного комплекса его конкретным признаком.

Этим приемом поэт вызывает перед нами видение далеких берегов, о котором мы уже говорили. В соединении существительного и эпитета характерно контрастное противопоставление: Пушкин сознательно стремился к этому контрасту: Эти контрасты словесных построений связаны с основным тематическим контрастом всего стихотворения: Так, мы имеем ниже: В практическом языке мы сказали бы более ясно и точно: Поэт избегает такого прямого называния; он говорит: Такие перифразы повторяются и в дальнейшем течении стихотворения: Повторение как бы подчеркивает эмоциональное, волнение, создает эмоциональное ударение на повторяющихся словах.

Другие примеры синтаксических повторений: Лишенные опоры в ритмическом параллелизме, эти повторения служат по преимуществу смысловому усилению.

Все выражение, взятое в целом, представляет опять пример метонимии. Взамен более отвлеченного целого поэт пользуется одним конкретным признаком: То же относится к словам: У Пушкина нередко встречаются такие отвлеченные слова, как подлежащее или прямое дополнение: В этих стихах мы имеем сложное взаимоотношение различных поэтических приемов. Тем не менее Пушкин в употреблении этой метафоры не позволяет себе никакой особенно необычной и смелой новизны: И другие метафоры этого стихотворения — простые метафоры языка, оживленные поэтом в том сочетании, в котором они поставлены: Этим исчерпываются немногочисленные примеры метафоры в стихотворении, нигде не отклоняющемся от так называемых языковых метафор.

Попробуем теперь объединить эти разрозненные замечания о поэтических приемах Пушкина, наблюдения более описательного, морфологического характера, в некотором общем художественном задании, указать их место в стилистическом единстве. В своем стихотворении Пушкин изображает конкретную ситуацию разлуки и смерти возлюбленной, вероятно связанную с глубоко интимным и личным переживанием, любовью к г-же Ризнич. Однако в самом стихотворении это интимное, индивидуальное, неповторимое человеческое переживание не находит себе выражения; поэт дает лишь общий, типический аспект переживания.

Отсутствует незаменимо личное своеобразие мгновения пережитого — закреплено что-то основное и общее, неизменное и вечное. Этому соответствует словесный стиль — обобщающий, типизующий, метонимический.

Россия и Италия, как было сказано, нигде не названы: Поэт заменяет эти точные слова метонимической перифразой: Возлюбленная умерла, но и об этом не сказано прозаически точными словами: С помощью перифразы ее смерть является поэтически облагороженной.

Обилие общих слов и понятий должно быть отмечено тут же: Мы упомянули уже об употреблении отвлеченных слов в функции подлежащего и прямого дополнения. В связи с этим все построение речи приобретает рациональный и обобщающий характер. Метонимический стиль, и в частности метонимическая перифраза, является характерным стилистическим признаком поэзии французского классицизма.

Как известно, против этого боролись романтики: Скрывать в поэзии низменные предметы реального мира, пользуясь условными изящными перифразами, было трудным мастерством, которое воспитывалось литературной традицией в пределах данного языка. Совершенно непереводимы также перифразы: Сложнее и оригинальнее примеры перифразы: И здесь, в русской поэзии, как и во французской, существует, как известно, своя традиция, вырабатывающаяся у поэтов XVIII в.

С другой стороны, нигде поэт не выражает непосредственного эмоционального волнения — взволнованными восклицаниями, лирическими вопросами, прерывистой речью. Вообще перед нами не лирическая песня, рождающаяся из мгновения переживания ср. Лирика песенного типа возникает уже в эпоху романтизма. Сюжетная лирика занимает особенно важное место в поэзии Пушкина. Рассказ ведется в прошедшем времени и только в конце последней строфы достигает мгновения настоящего. Объективный элемент в стихотворении подчеркивается описательными мотивами, пластическая изобразительность описаний замедляет рассказ.

Замедленность движения придают поэтическому рассказу и обязательные эпитеты. Основная антитеза дается, как было уже сказано, самой темой: Еще одно существенное обстоятельство: Оттого стилистические приемы поэта так трудно уловимы: В этом смысле особенно важно отсутствие в языке Пушкина необычных и новых метафор, на которых основывается поэтика романтическая.

Пушкин необыкновенно остро и точно ощущает вещественный смысл слов. В такой поэзии вещественный, логический смысл слова играет решающую роль. Искусство поэта проявляется в выборе я соединении слов, индивидуальном, неповторимом, синтетическом, где каждое следующее слово прибавляет нечто новое к сказанному прежде, увеличивает смысловую насыщенность речи. Мы указали уже выше на различные частности этого искусства, на гонкие контрасты, оксюмороны, на употребление эпитета, которое особенно существенно.

В таких сочетаниях, как: Мы рассмотрели стихотворение Пушкина в его отдельных приемах и общих стилистических особенностях. Сравнение его с другими стихотворениями поэта дает возможность говорить о стиле Пушкина.

Сравнение с современниками и предшественниками — о стиле эпохи и о литературной традиции. Тема о Пушкине как завершителе русского классицизма давно уже стоит на очереди, но требуются многочисленные предварительные работы по русскому языку XVIII в. В середине XIX в. Бальмонт в этом отношении продолжает Фета, Блок учится у Владимира Соловьева. Но обойтись без помощи теории поэзии при их разрешении — невозможно. Только теория поэзии может указать нам основные особенности метонимического стиля и внутреннюю связь между отдельными приемами этого стиля.

Возьмем другой пример, на этот раз — отрывок художественной прозы. Разбор приемов словесного стиля послужит подтверждением того, что в современной повести художественный замысел, разработка определенной темы, тоже осуществляется в эстетической организации словесного материала.

Мне пришлось идти вдоль сада Кругом была такая тишина Я перешел через широкую дорогу, осторожно пробрался сквозь запыленную крапиву и прислонился к низкому плетню. Неподвижно лежал передо мною небольшой сад, весь озаренный и как бы успокоенный серебристыми лучами луны, — весь благовонный и влажный; разбитый по-старинному, он состоял из одной продолговатой поляны.

Прямые дорожки сходились на самой ее середине в круглую клумбу, густо заросшую астрами; высокие липы окружали ее ровной каймой. В одном только месте прерывалась эта кайма сажени на две, и сквозь отверстие виднелась часть низенького дома с двумя, к удивлению моему, освещенными окнами.

Молодые яблони кое-где возвышались над поляной; сквозь их жидкие ветви кротко синело ночное небо, лился дремотный свет луны; перед каждой яблоней лежала на белеющей траве ее слабая пестрая тень. С одной стороны сада липы смутно зеленели, облитые неподвижным бледно-ярким светом, с другой — они стояли все черные и непрозрачные; странный, сдержанный шорох возникал по временам в их сплошной листве; они как будто звали на пропадавшие под ними дорожки, как будто манили под свою глухую сень.

Все небо было испещрено звездами; таинственно струилось с вышины их голубое мягкое мерцанье: Малые, тонкие облака, изредка налетая на луну, превращали на мгновение ее спокойное сияние в неясный, но светлый туман Воздух, весь теплый, весь пахучий, даже не колыхался; он только изредка дрожал, как дрожит вода, возмущенная падением ветки Какая-то жажда чувствовалась в нем, какое-то мление Я нагнулся через плетень: Все дремало, все нежилось вокруг; все как будто глядело вверх, вытянувшись, не шевелясь и выжидая Чего ждала эта теплая, эта незаснувшая ночь?

Звука ждала она, живого голоса ждала эта чуткая тишина — но все молчало. Соловьи давно перестали петь Сердце во мне томилось неизъяснимым чувством, похожим не то на ожидание, не то на воспоминание счастия; я не смел шевельнуться, я стоял неподвижно перед этим неподвижным садом, облитым и лунным светом и росой, и, не знаю сам почему, неотступно глядел на те два окна, тускло красневшие в мягкой полутени Задача поэта состояла в том, чтобы создать настроение напряженного ожидания, таинственного предчувствия, сгущенную эмоциональную атмосферу.

Но, помимо специальной задачи в развитии данного рассказа, эмоциональные элементы этого описания ночи сразу напоминают нам многочисленные другие тургеневские описания природы, очень близкие по своей манере: Передать настроение тургеневских пейзажей, объединяющее их единство эмоционального тона могла бы, конечно, импрессионистическая критика, задача которой — возбудить в читателе настроение, сходное с тем, которое оставляет прочитываемый отрывок.

Поэтика, опираясь на непосредственное художественное впечатление, вскрывает те приемы, которые такое впечатление создают. Итак, в разборе данного примера наш путь будет идти в обратном направлении — от стилистического единства к его отдельным элементам.

В противоположность пушкинскому стихотворению отрывок тургеневской прозы не обнаруживает той закономерности в распределении фонетических элементов сильных и слабых звучаний , которая определяется наличностью метрической композиции стиха. Тем не менее мы ощущаем в этом прозаическом отрывке наличность известных ритмических воздействий, отличающих его строение от отрывка научной прозы. Это впечатление создается синтаксическим параллелизмом словесных групп, связанных с повторением начальных слов анафорой.

При этом в смысловом отношении параллельные группы в большинстве случаев представляют сродные или близкие по своему значению понятия, синонимические вариации или внутренние повторения , с логической точки зрения ненужные, но служащие эмоциональному усилению, нагнетанию впечатления.

Такое нагнетание однородно построенных ритмико-синтаксических групп колен , характерное для эмоционального стиля, как бы отражает сдержанное волнение рассказчика, сообщающее описанию особую лирическую окраску. Следует особо отметить неоднократно повторяющиеся парные эпитеты-прилагательные, придающие ритмическому строению фразы своеобразное равновесие движения.

Некоторые примеры приведены были выше: Независимо от более строгих форм синтаксического параллелизма целый ряд соседних синтаксических групп связан повторением одинаковых слов, как бы подхватывающим и развивающим основную тему отрывка или настойчиво возвращающимся к эмоционально-значительной словесной теме: Звука ждала она, живого голоса ждала эта чуткая тишина Отдельные предложения или сопоставленные группы предложений, внутренне объединенные параллелизмом, повторениями и соответствующим движением интонации, резко обрываются, без прямой логической связи с последующим, лирическими многоточиями.

Такие многоточия, рассеянные по всему отрывку, обозначают у Тургенева не только эмоционально-выразительную паузу, но служат также интонационным знаком, указывающим манеру интонирования: Вместе с синтаксическими повторениями они создают впечатление растущего, все усиливающегося эмоционального подъема, давая на вершине отрывка эмоциональный прорыв лирического настроения во взволнованном вопросе, непосредственно выражающем эмоциональное участие рассказчика: Мы увидим дальше, что эта эмоциональная вершина описания и в других отношениях обозначает точку наивысшего подъема.

То же единство эмоционального тона создается у Тургенева подбором словесных тем т. По сравнению с практической прозой необычным является частое возвращение некоторых слов, образующих в описании характерные стилизующие мотивы.

Таким же стилизующим мотивом в поэтическом языке отрывка является употребление неопределенных слов: Что стилизация такого рода могла казаться манерностью для эпохи, преодолевавшей романтизм и сознательно избегавшей шаблонов романтического стиля, можно видеть из иронического замечания Л. Надо стараться, чтобы вбить в голову такую нелепицу. Чем больше я живу, тем более мирюсь с различными натянутостями affectation в жизни, в разговоре и т.

Такие слова непосредственно выражают настроение рассказчика и прядают как эпитеты особый оттенок необычайного тем впечатлениям внешнего мира и внутренним переживаниям, о которых говорит поэт. Общий эмоциональный тон, характерный для тургеневского описания, создается прежде всего обильным употреблением эмоциональных прилагательных-эпитетов и глаголов. Как прием лирического вчувствования в пейзаж Einf u hlung эмоциональный эпитет и, в частности, одушевляющая метафора играют в описании существенную роль: Во многих случаях эмоциональный эпитет-метафора и, в особенности, метафорический глагол развиваются в метафорическое одушевление, очеловечение явлений природы, приписывающее внешнему миру настроения и переживания рассказчика.

Только после такой подготовки, на эмоциональной вершине описания, Тургенев решается на полное отождествление природы с духовным существом, на очеловечение уже без reservatio mentalis: Звука ждала она, живого голоса ждала эта чуткая тишина; но все молчало Рядом с эпитетами, в собственном смысле эмоциональными, стоит гораздо более обширная группа полуэмоциональных слов: Именно подбор таких эпитетов в описаниях внешнего мира предопределяет собою прежде всего эмоциональную стилизацию пейзажа, те прозрачные и нежные лирические тона, которые так характерны для Тургенева.

Ясно это станет при рассмотрении соответствующих тематических элементов описания. В тематическом отношении главенствующие элементы тургеневского пейзажа — впечатления световые, игра света и тени, блеск и сияние. В соответствии с общим эмоциональным тоном всей картины это блеск неяркий, мягкое мерцание, сияние неясное и нежное, затуманенное, потушенное, что подчеркивается сопутствующими эмоциональными, эпитетами.

Пейзаж весь залит лунным светом. Рядом с общим впечатлением пейзажа, залитого бледным спокойным сиянием, выступают отдельные красочные пятна. И здесь характерно смягчение красочных эффектов, не только — подбором эмоциональных и полуэмоциональных эпитетов, но прежде всего — заменой обычного качественного слова, прилагательного, глагольной или причастной формой настоящего времени, имеющей оттенок неопределенной длительности ср.

Внезапные звуки, прерывающие молчание, беспричинные и непонятные или робкие и сдержанные, подчеркивают значительность царящего молчания и создаваемого им напряженного настроения.

Но в тематической характеристике пейзажа участвуют у Тургенева и другие, более редкостные темы: Конечно, и в этих последних случаях главенствующий, как бы формирующий элемент — единство эмоционального тона, которому подчиняются, благодаря присутствию определенных стилизующих мотивов, все перечисленные темы.

Сравнение разобранного отрывка тургеневской прозы с другими описаниями, рассеянными в его романах и рассказах, позволило бы нам расширить эти выводы в направлении общей характеристики художественной манеры Тургенева.

В описаниях, однако, эта манера настолько постоянна, что даже один характерный пример дает представление о стиле Тургенева, вскрывает те художественные принципы, которые управляют этим стилем. Сравнение с другими современниками Тургенева, его предшественниками или последователями, позволяет указать черты, присущие определенной эпохе или школе, особенности литературной традиции, но вместе с тем — индивидуальные отличия изучаемого писателя.

Возьмем, например, сходное по теме описание ночи у Л. Оно во многих отношениях напоминает Тургенева, к художественной манере которого Толстой приближается всего более в этом романе. Зато отсутствует то богатство разнообразных впечатлений внешнего мира, объединенных постоянными, многочисленными стилизующими эпитетами, и, с тем вместе, синтетическое единство эмоционально насыщенного описания.

Вместо того появляется отсутствовавший у Тургенева рассудочно-аналитический элемент, например в подробной и точной пространственной диспозиции пейзажа, с внимательной регистрацией деталей. Полный месяц стоял над домом за нами, так что его не было видно, половина тени крыши столбов и полотна террасы наискось en raccourci лежала на песчаной дорожке и газонном кружке.

Широкая цветочная дорожка, по которой с одного края косо ложились тени георгин и подпорок, вся светлая и холодная, блестя неровным щебнем, уходила в тумане в даль Из-за дерев виднелась светлая крыша оранжереи Уже несколько оголенные кусты сирени Направо в тени дома Наверху, в ярком свете В этом точном перечислении деталей и строгой пространственной их диспозиции — существенное отличие аналитических описаний Толстого, которые сменили в процессе литературного развития эмоционально-синтетические пейзажи Тургенева.

Так, лирические вопросы и восклицания поэта повторяются в трех местах, образуя как бы композиционный остов описания: О, вы не знаете украинской ночи!.. Элемент эмоциональной оценки, намеченный в этих лирических восклицаниях, проходит сквозь весь отрывок в характерных оценочных эпитетах, которые приобретают особую эмоциональную выразительность, благодаря усиливающим повторениям, например: В связи с характером оценочных эпитетов стоит употребление лирической гиперболы; эмоциональное преувеличение присутствует уже в предшествующем примере в самой форме сравнительной степени; ср.

Необъятный небесный свод раздался, раздвинулся еще необъятнее. Чудный воздух и прохладнодушен, и полон неги, и движет океан благоуханий Перегруженным в том же направлении подчеркнутой, преувеличенной эмоциональной выразительности является круг одушевляющих метафор, с помощью которых достигается романтическое преображение пейзажа. Отчетливо выделяются эмоциональные повторения, синтаксический параллелизм, ритмизация поэтической речи, даже появляются характерные для стихотворного языка звуковые повторы: Зато весь тематический материал, характерный для Тургенева, материал описательный по преимуществу, как и многие эмоционально-стилизующие мотивы, отсутствует.

При таком сравнении с различными авторами целый ряд поэтических приемов Тургенева может оказаться общей принадлежностью художественного стиля поэтов-романтиков. Разумеется, подобные обобщения стоят за пределами данного в этом очерке материала.

Они должны опираться на широкое сравнительно-историческое изучение романтического стиля — в поэзии и в прозе, в России и на Западе, в начале XIX в. Скачать Добавить в свою библиотеку. Я скачал а файл, какой программой его открывать? В книгу вошли избранные труды В.

Жирмунского на темы поэтика и стилистика. Список книг со сказочной атмосферой. Я убью тебя, милый. Музыка вела за собой, заставляя забыть обо всем. Муж, убитый на краю березовой рощи… Топкое болотце, укрывшее его труп… Незнакомец в поезде с заточкой в руках… Все это отступило на второй план, казалось нереальным, далеким и чужим.

Молодое красивое тело, как магнит, притягивало Милая, стеснительная, домашняя девочка с томиком Ахматовой в руках.. Слабая, беззащитная женщина, обеспокоенная судьбой маленького сына.. Читая политическое досье олигарха Тимофея Кольцова, Катерина, мозговой центр агентства по связям с общественностью, понимала, что ее начальство почему-то взялось за почти гиблое дело: Но ее возражений никто не слушал Что делать, если твоя жизнь превратилась в кошмар? Совсем рядом проносится на бешеной скорости машина, и только в последнюю секунду случайный прохожий спасает от смерти Маньяк с ножом подстерегает на темной лестнице Шальная пуля застревает в изящном рюкзачке Наконец-то и Маше улыбнулось счастье, да какое!

В тот самый день, когда она решилась разорвать долгий бесперспективный роман с женатым мужчиной, ей встретился сказочный принц и увез ее в свой прекрасный дворец — в роскошную виллу на берегу Красного моря. Тут бы жить-поживать да мед-пиво пить, Я сидела возле открытого окна и, должно быть, в десятый раз перечитывала "Праздник, который всегда с тобой", причем так увлеклась, что вроде бы забыла, где я, собственно, нахожусь на самом деле, уставилась в книгу, уже некоторое время не переворачивая страницу, и предалась меч